Грейсон!...Грейсооон….-приятный, соблазнительный женский голос разорвал утренний сон. Человек с бритой налысо головой недовольно поморщился, но все же сел на кровати, отбросив одеяло и, отмахнувшись от навязчивого образа суккуба, помотал головой.
-Проклятье.
Не медля ни минуты, он соскочил с постели и быстрыми, отработанными движениями принялся надевать одежду и амуницию- два кинжала, спрятанные под полами смокинга, свободные брюки и удобные, мягкие сапоги из кожи. И, конечно, рубашка и бабочка. Поверх всего этого был накинут старый, затасканного вида серый плащ- на улицах трущоб не стоило выделяться, особенно с его-то профессией. Грейсон слыл одним из лучших наемных убийц Королевства, и не зря. Многие поговаривали о чудовищно развитой интуиции, видении будущего, и прочей чуши, но все было проще. Гораздо проще. Человек покинул свое убежище в самом центре трущоб и направился в сторону небольшого рынка, где он должен купить все необходимое. Так. Свечи, молодой петух, пара кусков красного строительного песчаника. Через пол- часа брождений по рынку и непрерывных перепалок и торга- денег было в обрез, и каждый медяк стоило беречь- все нужное было закуплено. Грей направился домой.
Маленький подвальчик с низким земляным потолком был залит неверным, вздрагивающим светом свечей, выставленных по кругу магической звезды, а петух, купленный пару часов назад, трепыхался в руках человека. В середине фигуры, вычерченной на полу кроваво-красным обломком песчаника, стояла плошка. Грей поднял птицу, и, держа над сосудом, воткнул остро оточенный клинок в ее грудь. Петух затрепыхался сильнее, панически заквохтал и затих, а его темная, густоватая кровь потекла вниз, со стуком ударяясь каплями о дно глиняной миски. Вслед за ней потекли слова полузабытого языка, такие же густые, темные и кошмарные, как сон в длинную зимнюю ночь без просвета. От каждого нового слова пламя свечей вздрагивало и колыхалось, будто потревоженное сквозняком. Тело пробирал озноб: холод Пустоты пробирался в подвальчик с низким потолком. Наконец свечи полыхнули алым, кровавым светом и над наполнившийся уже птичьей кровью миской возник призрачный образ чего-то рогатого, несуразно когтистого и чешуйчатого. Пасть демона была увенчана крупными, выдающимися зубами.

Глава 2.

-Эй, Грей. Уже петухов режешь?- в голосе кошмарного создания мелькнула усмешка.
-Заткнись, Гвиарр. Лучше расскажи мне, что ты узнал.- Человек явно совершенно не боялся и даже фамильярничал с существом пустоты, что было удивительно. Еще более удивительно, что демон, сразу посерьезнев, принялся рассказывать ему, как обстоят дела в одном из богатых домов торгового квартала. Ситуация сводилась к тому, что охраны почти нет, а старшая дочь хозяина страстно ждет свидания со своим новым ухажером, за которого и выдавал себя убийца.
-Ну что, Гви, прогуляемся к богатеям?- лысый недобро усмехнулся и распростер руки.- Иди сюда, дружок.
Фигура демона поплыла навстречу человеку, и когда они соприкоснулись, физическое тело на секунду напряглось, вздрогнуло конвульсивно и лысый зарычал- то ли от боли, то ли от удовольствия - он ощущал в себе новую силу каждый раз, когда сливался с демоном для работы или просто так - побаловаться. Хрустнув шеей, наклоняя голову то вправо, то влево, человек размялся и потянулся. Пора. Скинув смокинг, он надел кожаные наплечники, броню, штаны и ботинки, цвет которых был подобен цвету ночных теней и позволял лучше скрываться от нежелательных глаз.
-Вперед.
Ни высокий забор, ни часовые у ворот, ни даже магический страж, обезвреженный демоном, не послужили серьезным препятствием для Грея. Вот он стоит у нужного окна. Сгибает ноги и мощным, почти недоступным для человека прыжком взвивается вверх. Уцепился за карниз на окне второго этажа и легонько постучал в стекло. Пару секунд было тихо, а затем занавеска отодвинулась и в окне мелькнуло взволнованное и радостное девичье личико, такое привлекательное в бледном, мертвенном свете ночного солнца. Окно отворилось без скрипа, без единого звука.

Глава 3.

-Милая…- убийца постарался придать своему голосу теплоту и любовь, что ему вполне удалось - он всегда умел лгать.
-Дорогой…
Грей обнял нежное и тонкое девичье тело, в который уже раз удивляясь тому, как же глупы могут быть люди. Его размышления прервал жаркий поцелуй, и он даже поднял брови: мол - куда нам спешить, вся ночь впереди. Руки его «возлюбленной» шарили по спине, забираясь под доспех, ласкали напряженные мышцы и даже вызвали некое возбуждение. Лысый презрительно ухмыльнулся за спиной у будущей жертвы и тут же сменил выражение лица. Молча, одними жестами, он заставил девушку повернуться к себе спиной и прижаться к нему всем телом. Он шептал что-то на ухо девушке, обнимая ее левой рукой, а правой нащупал рукоять кинжала.
-Прощай, милая.
Девушка удивленно, еще полуослепленными от желания глазами взглянула ему в лицо, чуть склонив голову, он цинично усмехнулся ей в ответ и, без лишнего шума зажав рот рукой, вонзил кинжал под левую грудь, надавливая и покачивая рукоятку. Тело в его руках напряглось, вздрогнуло от боли, а в глазах, все еще глядящих на него отразился трах, непонимание и осуждение. Несколько раз конвульсивно вздрогнув, жертва наконец обмякла и затихла. Грей усмехнулся и бережно положил ее на ковер. Так и оставив клинок в ране, он лишь обвил тонкие пальцы уже мертвой на его рукояти и отшагнул к окну. Послав воздушный поцелуй, в сторону трупа, Грей беззвучно открыл раму и растворился в ночи.