Прошу строго не судить, квенту писала на одном дыхании, это моя первая работа подобного обьема, да и вобще первая квента. Написана она для вступления в СИ:7 Буду рада любой критике, но всеже будьте помягче 
Озаряемая блеклым, синеватым цветом луны, тихонько всхлипывая и роняя солёные слезки в воду Штормградского канала, на мосту сидела девушка, чьи белые, словно молоко волосы развевались при малейшем дуновении ветра. Заплаканные глаза с болью смотрели на зажатый в тоненьких ручках медальон. Даже при таком скудном освещении на нём виделись две небольшие фотографии, дряблые, пожелтевшие за какие то годы её жизни. Не в силах терпеть, девушка прижала его к своей груди, картины из прошлого медленно всплывали перед глазами, словно пустынное марево, девушка зажмурилась тихонько прошептав. – Отец…
-Отец! – весело вскрикнула девочка лет десяти, радо бегущая с порога дома на руки к любимому папе. Он широко улыбнулся, и присев на колени, обхватил, подбежавшую к нему дочурку, закружив вместе с собой, добродушно и искреннее смеясь в ответ на её писклявый детский смех.
–Как я соскучился по тебе.
Шепнув слова любимой дочери на ушко, он с отцовской любовью поцеловал его. С каждым годом она всё больше напоминала ему мать, её живые глазки, улыбка, никогда не покидавшая её уст, даже когда она болела она часто улыбалась, даря ему успокаивающую и бодрящую улыбку.
-Папа, папа, а у меня для тебя сюрприз! – весело пропищала дочурка, обхватывая своими детскими, пухленькими ручками его шею. С наивностью и любовью смотря в его глубокие карие глаза. Наконец опустив дочь, он выпрямился, взяв её за ручку. – Ну, идём, покажешь, что приготовила для меня.
Так вместе они зашли внутрь их дома, тогда девочка разжала его большую ладонь, и побежала вперёд снимая со стола листок. - Вот, гляди это наша семья.
Отец принял листок, сначала смутившись, когда увидел на чём это было нарисовано, а это была часть его отчётной работы, и он уже было хотел повернуться, и сказать что то негодующее дочери, но краем глаза увидав рисунок он начал всматриваться в него.
Солнце, трава, сад, их дом, с одной стороны он, высокий и чернявый, как и был в жизни, держащий её тянущуюся к нему ручку, а дальше… цветы, сад.
-А почему ты не нарисовала маму? – удивлённо спросил он нахмурив бросил, глядя то на дочь, то на рисунок.
-Я не помню её, - шепнула девочка, думая что расстроила отца. – Тебе не понравился рисунок? – слезы наворачивались на её глазки, шмыгая носом, она с детской злостью смотрела на отца. Увидав слезы дочки, его лицо сразу стало простым и добрым, нагнувшись, он вновь крепко обнял её. – Моя маленькая лилия, ты мой росточек, часть меня. Твой рисунок прекрасен, просто, просто я устал. И скучал за твоей мамой…
Девушка на мосту, зарыдала ещё сильнее, вдруг она осознала, осознала всю несправедливость жизни. Мать, которая могла быть с ними и растить ее, как и отец, бросила их, бросила и ушла. Я никогда не брошу свой детей, мысленно пообещала себе девушка, борясь с горечью на душе. А воспоминания с новой силой окатывали её, глаза вновь тяжело сомкнулись.
Глухой и монотонный стук в дверь заглушил пение птиц доносящееся с улицы, отец, уже с проблеском седины на его густых черных волосах, вынув трубку из рта положил её на столик рядом, и поднялся медленно приближаясь в двери. Дочь словно подозревая кто это, обхватила своего любимого плюшевого медвежонка, прижав его к груди. Сейчас эта пятнадцатилетняя девочка казалось беззащитной, напуганной и хрупкой. Однако лишь сейчас, в свои пятнадцать она успела стать грозой двора, гоняя назойливых мальчишек которые её раздражали, хотя нет даже не они, а то что она словно испытывала к ним влечение, хотела быть с ними, но они отторгали её отнекиваясь тем что в мужских компаниях нет место девчонкам. Это сильно задевало самолюбие девушка и она награждала их затрещинами, но в этот раз похоже переборщила и неудачно подравшись с одним из них сломала ему руку. Спрятавшись дома она надеялась укрыться от проблемы, но проблема нашла её сама. Вскоре ей предстояло долгое обьяснение перед отцом и матерью мальчика. Вынув изза пазухи пару монет он протянул их злобной худой женщине, постоянно извиняясь, и порекомендовав лекаря, закрыл дверь. Тяжело вздохнув, он насупил брови глядя на дочь.- Тебя определённо надо отдать на уроки борьбы, иначе ты весь двор перебьёшь так. – внезапно отец усмехнулся, провев пальцем по густым усам который свисали до уголков его губ. Он всегда был такой, сначала казался обозлённым, но обида быстро проходила, и он уже с добротой и любовью, смотрел на девочку. Привыкший к подобным её выбрыкам он лишь вздыхал, иногда задумываясь как такая хрупкая девочка смогла за небольшие пять лет стать грозой всех мальчишек.
- А меня возьмут туда? Ну, ведь…я же девочка, это не мой удел.
-Глупости моя лилия, кто тебе такое сказал?
-Мальчишки со двора, они всегда так говорят, а порой так хочется играть вместе с ними.
-Ну-у-у, моя радость, если тебе так хочется я завтра же поговорю с учителем, и ты сможешь тренироваться на равняя с мальчишками.
Девочка охотно закивала. Со следующего дня начались её походы к тренеру в Старый Город. Тренером был высокий, статный, лысый мужчина, лицо которого от подбородка до нижнего края глаза венчал красный шрам. Поговаривали, будто этот шрам он получил, когда самолично дрался с огром и победил его. Он не делал ей поблажек и тренировал как и всех остальных, она также сражалась в единоборствах, получала такие синяки, также радовалась и грустила как и остальные мальчишки, что медленно сближала её с ними…
Незаметно летят года, девушка сняла чёрную, кожаную перчатку, которая плотно прилягала к её коже, и уставилась на свою ладонь, следуя за линиями, что словно борозды в поле усеивали её. Она часто задумывалась о судьбе, так и в этот раз, а правильно ли она сделала, выбрав путь своего отца. Но ведь так хотел он, и в глубине души хотела она. Утерев слёзы, она подняла голову, и прищурила глазки ослеплённая ярким светом луны, в этот момент вновь она что то вспомнила.
Вспышка света ослепила глаза девушки, жрец Квель’Дорей что то выкрикивал, выпуская потоки яркого света из своих рук в тело её отца, кровь хлыстала из его груди. В глазах мутнело, и она подалась назад, к счастью оказавшись обхваченной сильными руками, что не дали ей упасть, все больше людей сбегалось в круг, а внутри лежал её истекающий кровь отец, она не понимала почему, почему это происходит именно с ней. Восемнадцатилетняя девушка второй раз за жизнь ощутила её жестокую несправедливость. Вот она уже стоит на могиле отца, где собралось множество людей, все они воспевают о его достоинствах, но лишь она не может проронить ни слова застывшая в ужасе. Все с пониманием смотрят на её поблекшие глаза, на её поседевшие за это время волосы. Это была утрата самого любимого ей человека, сейчас она пойдёт домой, уткнётся в подушку, и зарыдает. Но внезапно рука коснётся чего то бумажного, она вынет из под подушки коричневатый конверт. Откуда он здесь? Пронеслось в голове девушки, но она и вспомнила легенду о том что усопшие ещё сорок дней остаются рядом с живыми помогая им в жизни. Дрожащие руки разорвали конверт и нетерпеливо извлекли письмо, девушка забегала глазками по чернильным строкам вчитываясь в текст.
"Моя лилия, свет моих очей, ты всегда была частью меня, и сейчас ты есть ею. Ты так похожа на свою мать, если бы ты только увидела, ты бы восприняла её как отражение в зеркале. Но сейчас она здесь со мной, мы смотрим на тебя с небес и радуемся за тебя, ты должна быть сильной, ты всегда была сильной, как когда сломала руку тому мальчугану, или когда решилась петь в церковном хоре хотя очень смущалась этого. Ты всё поборешь и выберешься, я долго скрывал это от тебя, от других, я всегда работал на тайное общество под патронатом Короля. Ты кажешься мне достойной продолжательницей моего дела, если ты желаешь узнать больше, возьми в конверте ещё одно письмо и передай его некому Матиасу Шоу. Он позаботится о тебе, как заботился я. Весь в себя, ибо мы с мамой верим"
-Но как? Это, это невероятно?! – девушка вскрикнула зажав рот руками, чернила, от них ещё шел запах свежести, словно письмо было недавним. Но такое невозможно, может кто то решил подшутить над ней? Вновь она схватилась за лист разглядывая буквы, нет, это был подчерк отца, она не могла перепутать его. Машинально она выхватила второй свёрнутый в шесть раз листок бумаги из конверта, и развернув его прочитала.
«Дорой Матиас…»
Слёзы вновь залили её глаза, но слова которые она вспомнила, заставили ей вновь стать сильной, рукой она вытерла слёзки с красных щечек, и собрав волосы в пучок натянула на голову капюшон. Закрыв маленький медальон, она спрятала его под кожаную куртку, и медленно встал с моста. Бросив последний взгляд на ослепляющую луну, девушка развернулась и быстрой походной направилась куда то. Теперь у неё есть задание, выкрасть документы из дома коррумпированного чиновника, подтверждающие прокрутку его грязных операций. И она выполнит его с блеском, и уже на следующий день получит новое звание «Агент»…
